luda7

Карантин закончился. Отметила это дело покупкой нового шампуня. Вот, думаю, запрусь в ванной, вдумчиво голову помою. И никто-никто не будет пищать под дверью:
-- Мама, а мультики?
Вылила я, значит, пол-бутылки счастья себе на макушку. И в этот момент –- как в глупой кинокомедии –- отключили горячую воду.
А так все хорошо.

Целый месяц мы с Ульяной ходили к стоматологу –- как на работу. Чего только Уля не натерпелась: и бормашинкой ей сверлили, и каналы чистили, и уколы делали. И вот -– дырки закончились. Я ликую. А Уля что-то захандрила. Каждый день спрашивает:
-- Когда мы уже зубы лечить пойдем?
А услышав мое «надеюсь, что нескоро», вздыхает печально:
-- Ну давай хоть дома в стоматолога поиграем.
Теперь думаю, что ж ей там на самом деле кололи...

Нарядно одетые мужчина и женщина топтались у входа в клуб:

-- А кто у вас сегодня выступает? – спросил у администратора мужчина.

-- Группа «Ундервуд».

-- Они поют или танцуют?

-- Играют и поют, – ответил администратор. И на всякий случай уточнил:  -- Они из Москвы.

-- А вы не могли бы показать их фотографию? – попросила женщина.

-- Да вон они сами, за столиком сидят...

Видимо, ундервудские морды показались даме недостаточно презентабельными. Пара ушла – в другой клуб, где танцуют.

И хорошо. И без этих фейс-контрольщиков было тесно. А живой «Ундервуд» -- это великолепно.
 

Бабушка наша из Венеции вернулась. Подарков навезла. Магнитов на пол-холодильника, спагетти два кило, жестянку масла оливкового и мне четыре книги на итальянском. Это на ближайшие 10 лет запасов чтива хватит!

-- Мам, а где мой второй папа? – спросила Уля за завтраком.

Я поперхнулась кофе.

Начала осторожно расспрашивать, кто ей о втором папе сказал.  Выяснилось – у Вовки из садика второй папа имеется. Крестный. Напросилась в гости к нашему крестному – чтоб Уле его предъявить.

Но вопрос о «втором» (первом, третьем?) папе остается открытым. Однажды деточка спросит, почему она у нас такая рыжая...

 

Вот и я втянулась в «стишковую лихорадку». Очередной утренник на носу, а Ульку опять без стишка оставили. «Зато она в танце морковок первая выходит! -- успокоила меня воспитатетльница. – Главный овощ она у нас!»

«Овощ» -- это, конечно, прелестно... А право голоса снова отдадут детям «родительской тройки», завмагов и прочих особо ценных людей. Мафия бессмертна.

Порадовало объявление на подъезде: «С 8 по 10 октября будет временно прекращена подача газа. Приносим извинения за неудобства».

Ничего себе неудобства! Это чем же питаться три дня? (*Ушла искать котелок и проверять исправность походной газовой горелки...*).

Раньше я думала, что младшие дети учатся чему-то у старших. Но у нас пока обратная картина. Уля начала передвигаться по квартире на четвереньках и требовать, чтоб ей воду в бутылочку наливали.

В нашей детсадовской группе есть мама-эколог. Вчера она с гордостью рассказывала о заводе, на котором работает: мол, и контроль за производством у них на самом высоком уровне (недавно даже грамотой наградили), и стоки в речку Донец самые безвредные (не то, что у других заводов). И зарплата в некоторых цехах 8 тысяч гривен чистыми.

-- Ну хоть кто-то себе нормальную пенсию заработает, -- вздохнули мы хором и с нескрываемой, признаюсь, завистью.

-- Какая еще пенсия! –- широко улыбнулась эколог. –- В том цеху до 45 лет только алкаши доживают. А кто не пьет, те в 40 умирают. От рака легких.

Псы. Тяжелое это дело –- по два часа выгуливать детей, перетирая с мамашами кости воспитателям, заведующим, дворникам, продавцам, работодателям и правительству. Домой возвращаюсь разбитая и отупевшая, по уши нагруженная информацией об ужасах окружающей меня действительности.
 

Насмотревшись на храбрых черногорских женщин, которые вполне себе справляются с управлением автотранспортом на узких улочках Будвы, осмелела настолько, что впервые в своей автобиографии села за руль без мужского сопровождения. Все равно машина наша без дела стоит на стоянке. Почему б деток в больницу не отвезти?

...Со стоянки выехала с третьей попытки. Но выехала. Ничего не задев. Во дворе развернулась тоже не с первого раза. Но все бордюры, а главное, стоящий в сторонке джип, остались целы. До больницы добрались без эксцессов. Потом еще хотела в центр завернуть –- в книжный магазин. Завернула. Припарковалась далековато от бордюра. Разнервничалась. Дети разорались. Еще и мужик какой-то с советами пристал.  «Ладно, -- думаю, -- хватит на сегодня приключений. За книжками пешком сходим».

Зато теперь я знаю, чем заняться в выходные. Парковаться –- учиться, учиться и учиться, да. Ну и владельца авто еще нужно успокоить. Как бы его от моей самодеятельности инфаркт не хватил.

Завтра в восемь самолет на Черногорию. В аэропорту надо быть в 6 утра. Дети собраны. Осталось:

-- метнуться за зарплатой;

-- забежать с Ульяной в магазин за новой книжкой;

-- надежно спрятать в рюкзаке трубку и табак (подарок нашему папе);

-- дочитать американский детективчик, чтоб не тащить его с собой;

-- найти сербско-русский разговорник;

-- испробовать коктейль швепс+виски+яблочный сок;

-- не забыть собрать себя.

Отвели Улю и подружку ее, Катю, на танцы. А дети после садика некормлены. Пока они там по залу скакали, мы сбегали за булками в супермаркет. Возвращаемся. Девчонки наши на еду набросились. Выглянула из-за двери руководительница и строго так сказала:

-- Балерины булок не едят!

Вот так сразу все серьезно.

-- Не хочу быть балериной, хочу быть мамой, -- объявила Уля, запихиваясь булкой.

-- Я тоже балериной не хочу быть, хочу быть красавицей, -- подхватила Катя. Но булку все же съела.

...А чем, кстати, питаются балерины?:) Кроме морковки и капусты.

У Леси вылез первый зуб. Улю отвели в первый «кружок» -- по художственной гимнастике. Мне удобно: школа, где гимнасикой занимаются, в 200 метрах от дома. А вот Уле не понравилось: «Устала очень. Больше не пойдем». Да, она там самая маленькая, потерянная такая. «Хорошо, -- говорю, -- На гимнастику ходить не будем. Но давай обсудим, чем ты хочешь заниматься?» «Бегать под дождем!» -- ответила Уля.
...В школе, что в 200 метрах от дома, еще тхэквондо есть. Но это уж точно не наш вариант. Так что пока побегаем. А там посмотрим.

Три с хвостиком года назад Уля училась ходить, придерживаясь за коляску. Была она ребенком медлительным, немногословным. Характером -– ангел, телосложением –- херувим.

А теперь вот в той же коляске сестру возит. Похудела. Научилась брыкаться, огрызаться и вымогать шоколадки. Серьезный прогресс!